Вансайрес
...ну а что – вот представь – что б если вдруг лазурными стали травы, а зелёными стали – песни?
Дорогая Туоми Тууликки, она же Астери Нариэ!
В твоём часовом поясе 5-е число уже наступило, поэтому я могу с чистой совестью подарить тебе свою маленькую зарисовку с дорогими для нас обоих героями :)
Когда я писала её, то думала о том, что небо - одно для всех нас, хотя каждый из нас может видеть его по-разному. И это прекрасно.


Путь Неба

…где-то высоко над головой гремел гром, и стремительные разряды молний пронзали небо — хоть и грозное, но чистейше-синее, как самый яркий кобальт… Это небо напоминало и Море, и недра Горы, полные сверкающих самоцветов – а более всего, наверное, то, что все стихии связаны между собой, как и все боги, и все живые существа.

Если бы люди тоже однажды это поняли!

Но Небесный Принц был полон терпения, стоя на вершине самой высокой горы, чьи недра были полны самоцветами, а основание покоилось в волнах бескрайнего океана; глядя в бушующее прекрасное небо, омывавшее его лицо струями дождя. Однажды люди непременно поймут — как и сам он когда-то понял, что лишь доброта и понимание могут коснуться чужих сердец, разбудив в них ответную доброту. И выбросил свой меч.

Сейчас это решение казалось особенно удачным – потому что ему нужны были обе руки для того, чтобы держать в них яйцо своего дракона, и все карманы его платья, чтобы по очереди перекладывать в них весьма страдающего от своего неудобного заточения питомца. Если бы на поясе болтался ещё и меч, то бедный Змей, и без того набивший внутри каменной скорлупы кучу синяков, совсем бы отчаялся.

Питомец стоически воздерживался от криков боли, однако периодически позволял себе ворчать, и Небесный Принц чутко прислушивался к каждому шевелению внутри яйца, прекрасно зная, в какой момент Змей неудобно перекатился, в какой – пытается как-то обернуть вокруг себя растущий драконий хвост (или обернуть себя вокруг хвоста), а в какой – ранит нежные трепещущие крылья, самое хрупкое и драгоценное. Но, к сожалению, этого тоже нельзя было избежать. Во всяком случае, Принц не знал, как…

Яйцо вновь зашевелилось.

– Всё ещё нет? – печально спросил Змей внутри скорлупы.

– Терпение, мой друг, терпение, – привычно ответствовал Принц, погладив яйцо по самому тёплому месту и скорее догадываясь, нежели вычитав из книг, что именно под ним-то и расположено самое уязвимое и чувствительное брюшко будущего дракона. – Ты же сам знаешь, драконами быстро не становятся.

Яйцо вздохнуло.

– Ну тогда хоть расскажи мне, как оно там – снаружи, – попросил Змей, сворачиваясь калачиком и снова разворачиваясь внутри яйца – кажется, уже ни одна из прежних относительно приемлемых поз не казалась ему удобной. Верный признак того, что перемены близки.

Небесный Принц поглядел в бушующее небо над своей головой – то самое, которое и дало ему его имя. Оно полыхало всеми цветами. Содрогалось от раскатов грома. Для того, чтобы подняться в такое небо, нужны самые сильные и крепкие крылья, выдержавшие немало испытаний. У самого Принца таких крыльев не было, поскольку он никогда не пытался стать драконом – и поэтому не то чтобы он мог утверждать что-то, основываясь на своём личном опыте. Но ведь все живые существа связаны. Порой достаточно прикоснуться к малому камню, чтобы узнать о том, как росла и становилась выше, век от века, огромная гора. Послушать нежное пение птицы, чтобы угадать, какой огромный путь ей пришлось совершить, без передышки летя над бескрайним океаном, дабы поспеть к очередной смене сезона. Так, и про Путь Дракона Небесный Принц узнал от других существ, от самых малых до великих. Но в то же время, хотя знания, полученные от других, необычайно ценны, только собственный опыт может обогатить чешую будущего дракона его собственными, индивидуальными красками. Или позволить Небесному Принцу нарисовать свою собственную картину, о чём он больше всего мечтал, восхищаясь великими художниками древности и пока не умея рисовать. Поэтому, этот опыт они получали вместе. И неважно, что один – яйцо, а второй – руки, его держащие. Что у одного однажды будут самые сильные и могучие крылья, а второй так и останется навсегда человеком, как сам выбрал.

Небесный Принц посмотрел в бушующее небо над своей головой. Ещё раз. И ещё. Как же ему хотелось рассказать обо всём этом, передать великолепие цветов и величие звучащего грома! Но, разве стоило делать это сейчас – травить душу запертого в скорлупе дракона? Разве не было бы это с его стороны чистейшим эгоизмом?

И поэтому он сказал:

– Мой друг, снаружи – лето. Самое раннее, как ты любишь. Все деревья в цветах, и трава такая мягкая, такая шелковистая, как твоя будущая шёрстка. По полю разбросаны весёлые одуванчики. А по небу бродят причудливые облака, сами напоминающие по форме маленьких дракончиков. Может, то – твои собратья, пришедшие тебя проведать? Но, если ты раньше времени вырвешься из скорлупы, то напугаешь их – ведь они гуляют тихо-тихо, считая, что ты спишь, и опасаясь тебя побеспокоить.

Дракон замер внутри своей скорлупы. Боялся пошевелиться – и причинить неудобство своим облакам-собратьям, согласившись ради этого стерпеть собственную неуютную позу.

Небесному Принцу неожиданно стало грустно. Не совершал ли он что-то плохое, говоря неправду? И вдруг он вообще ошибается во всём, что делает?

Но, по крайней мере, одно из решений тут же пришло ему в голову. Ведь из выдумки можно сделать правду. Так же, как и Тьму превратить в Свет – однажды. И когда Дракон вылупится из своего яйца, его непременно будет ждать очаровательная картина с зелёными лугами, усеянными одуванчиками – и облачными дракончиками, веселящимися в утреннем небе.

Нарисованная руками Принца.


@темы: юноша с розами, кисти и краски, картинки с подписями, Восемь цветов радуги, Волшебная страна